Вороненко Галина, США, г. Денвер (Колорадо) - Мои стихи - Стихи на конкурс по эмигрантским номинациям - Эмигрантская лира
Эмигрантская лира
Международный поэтический конкурс
Среда, 07.12.2016, 14:23
 
 
"Мы волна России, вышедшей из берегов..."
Владимир Набоков, "Юбилей"
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта

Категории каталога
Мои стихи [476]

Мини-чат

Наш опрос
Оцените мой сайт
1. Отлично
2. Хорошо
3. Неплохо
4. Ужасно
5. Плохо
Всего ответов: 65

Главная » Стихи » Мои стихи

Вороненко Галина, США, г. Денвер (Колорадо)
[ ] 14.05.2013, 07:36

Конкурс поэтов-эмигрантов 

Номинация «ТАМ»


ЩЕЛКУНЧИК

 

Щелкунчик-таймер орехи дней цинично колет.

Ушедший поезд всегда больней сердечной боли.

Дымил тот поезд, как семинол в минуты счастья,

гудел прерывистым ре-минор, на красный мчался...

 

Но в ноги страстно бросался мост, забыв подагру,

ловил в пролёты – лукавых звёзд абракадабру!

Летел состав, распечатав тьму на доли света.

А я, неведомо почему и чем согрета,

садилась в поезд послушать рок воспоминаний:

...какая каша, какой пирог у нашей няни!

Река насмешливо-глубока, собаки лают,

и кот, в чьей лапе моя рука, мурлычет «Love you...»

 

Дрожал оранжевый осьминог в небесной бездне,

а кот, поймавший прощанье нот, ворчал, как прежде

о том, что ветер, и зной знобит виною давней.

...И билось солнце планеты «Битлз» в стальные ставни.

 

Мой дед – потомственный сибиряк, британской крови.

Ко мне вошёл он, разлил коньяк, нахмурил брови,

сказал сурово: «Давай, стопкрань ушедший поезд,

живи легко, как степной баран и режь, где ноет.

Беги от денег, дурных затей и слушай – сердцем.

И никогда не рожай детей от иноверца.»

 

С тех пор и деньги ко мне текут, как мёд на раны,

и я свободна от разных пут, как те бараны.

 

А сердце греет «Реми» бокал и мужа профиль,

И в детях наших бежит река еврейской крови.

 

Щелкунчик-таймер тревожит сон, звезда упала...

Ушедший поезд ушёл – и всё...а я – осталась...

 

 

АЛЛЕГОРИЧНО...

 

Аллегорично, сумрачно и вяло.

Бреду через пустыню по песку -

песчаные верблюжьи перевалы

и хлещет солнце.

                        Еле волокусь,

переставляя медленные ноги.

...Химера вод бесстрастно далека.

Лишь шорох пыльной призрачной дороги.

Напиться вволю, отдохнуть слегка...

!Но камнем - небо! Сердце еле бьется,

в песке по ноздри, солнца антураж.

Дрожащий штрих далёкого колодца

спиралью формируется в мираж.

 

…Захлебываясь серой, вязкой дрянью,

кричать не стану. Все равно одна.

И зыбкой поглощаемая тканью,

мечтаю об одном глотке вина…

 

Песчаный зверь выкручивает руки,

но я ползу, презрев пустынный ад!

...А вертят колесо все те же суки,

все те же, что и сотни лет назад.

 

 

Номинация «ЗДЕСЬ».               

 

Я ВЫСТИРАЛА ФИРМЕННЫЕ ДЖИНСЫ

 

                                           "Я выстирала фирменные джинсы,

                                             распяла на верёвке, стоящие круто.

                                             Врубила вяло монозапись "Криданс",

                                             раскрыла "Бойню" Курта Воннегута..."

                                                                        Ирина Воскобойник

 

*Я сдул с кроссовок пыль парижских улиц,

с ботинок смёл снега Килиманджаро,

запил "мартини" вкус гавайских устриц,

залил тоску портвейном русских баров.

 

Мне грезилась в прокуренных салунах

песков Сахары скомканная скатерть.

Я не нашёл покоя в поцелуях,

узнав, как пахнет бедность, смог и паперть.

 

Из стерео-фантазий "Бездн чикагских"

я музыку ловил за хвост бизоний.

Мадридского двора смотрел я скачки

с площадок краснокожей Аризоны.

 

Какие были сны, какие песни!

Иллюзий бред в полях марихуаны!

Теперь живу я в Штатах и, хоть тресни,

не хочется в экзотику Гаваны.

 

Не хочется в пустыни и каньоны -

я был уже в далёких, диких странах.

Не хочется, чтоб плакали койоты,

я даже не хочу вина из крана!

 

Не хочется стирать крутые джинсы,

забрызганные взрывом "кока-колы".

Вернусь к жене – ведь я не зря женился!

Вернусь к жене, как есть – босой и голый.

 

Закуривая мрачно сигарету,

она сказала: «Где ты был, зараза?»

Я много повидал, бродя по свету,

но лучше слов я не слыхал ни разу.

 

*первый катрен – от моего мужа – мне. Я – продолжила.

 

 

ГОРОД КАМЕННЫЙ. НЬЮ ЙОРК.

 

Город с дымною сизою гривой

каменеет кубической каплей...

И подъезды смакуют лениво

человечьи потоки, как устриц.

     Там рекламы отточенный скальпель

     рассекает сплетение улиц,

разрезает палёные крыши.

Город корчится в гуще кофейной.

И ползут, как ослепшие мыши,

по проспектам дымы испарений...

     Тот, кому надоело инферно,

      может просто уехать в деревню...

 

А в деревне – живые ограды,

меланхолия домиков дачных.

И озябшие аристократы –

индюки.  И врачующий воздух.

       Без сомнений, пейзажи удачны,

       небо, сочной сиреневой гроздью,

наливается утром. Но в город

возвращаешься, весело споря

сам с собой - равновесие вздорно

и лукаво, как женская шляпа.

   Город яблоком катится к морю,

   и ему всё равно, где ты шлялся.

 

 

Номинация «ЭМИГРАНТСКИЙ ВЕКТОР»

 

***

 

coelum non animum mutant qui trans mare currunt. (лат)

             "небо, не душу меняют те, кто за море бегут"

 

Там – берёзы мёрзнут, осени скинув шаль,

исчезает солнце в белом крещендо снега.

Здесь – палёный ветер хлещет лохмотья пальм,

и каньоны склонны прятать на дне печаль,

осуждая гулко вздор и бездонность неба.

 

Океан лютует – время смывать грехи!

Бьёт волной о берег, молится, отпусти, мол;

не горят секвойи, логике вопреки...

И, как вызов этой дерзкой игре стихий,

Волга катит воды в Каспий невозмутимо.

 

Здесь живёт индеец, белый и дзен-буддист -

всем хватает света, веры, дорог и прерий.

Там – с тех пор, как Герцен «Ленина разбудил»,

а страна пригрела партию на груди –

весь народ болеет и ни во что не верит.

 

Здесь – хмельные скалы, звёзды – с мою ладонь,

чёрный «ритм-и-блюз», и ток аритмии свинга.

Там – остались папа, мама, сестра и дом,

Колька с нотной папкой, «первый весенний гром»,

там осталась сердца добрая половина.

 

Нет хирурга, чтобы память зашить иглой!

Слов не сыщешь в помощь всем перелётным стаям...

Покидая вечность булочной за углом -

оставлешь землю, где навсегда – твой дом!

 

Оставляя небо...небо и – обретаешь.

 

 

ПИКНИК НА РЁБРАХ...

 

Как тонко пели птицы на столбах!

Сплетались тени в длинный караван.

Песчаный вихрь луну гравировал,

легко касаясь выпуклого лба...

 

Земля была гончарной мастерской –

месила глину пятками дождей.

Гончар  - трудолюбивый иудей,

грузил столбами каменный покой.

 

Сидела я на каменном ребре,

смотрела на луну, на тонких птиц.

Тоскливо ныл отвергнутый москит,

 вползала игуана в этот бред;

 

и кактус тень бросал исподтишка,

фаллическою формою дразня...

Гончар его придумал для меня,

а, может, для смущённого песка.

 

Зелёный фаллос кактуса взрывал

пейзаж пустынный цветом! И молчал.

Цеплялись звёзды, спрашивал Гончар:

«Что зреет в злой ловушке естества?»

 

Сгорала ночь средь этой кутерьмы,

пустынный тракт был высушен дотла...

А я текилу медленно пила,

и пил Гончар на весь безумный мир...

 

...Что зреет в злой ловушке естества?

Пикник – на миг. И – новая глава... 

 

Категория: Мои стихи | Добавил: emlira
Просмотров: 692 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа

Поиск автора

Поэтические сайты

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright Emlira © 2016 Хостинг от uCoz